Именно этот поединок, в оккупированном Киеве, 9 августа 1942 г., с легкой руки писателя Льва Кассиля стали называть "матчем смерти"...
Начнем с официальной информации советских времен…
Тот знаменитый последний футбольный «бой» в оккупированном фашистами Киеве, когда столичное "Динамо" на оцепленном эсэсовским конвоем стадионе разгромило отборные германские и итальянские команды, а в финале сверхчеловеческими силами бойцов-футболистов была одержана уверенная победа над нацистскими чемпионами - командой "Люфтваффе" (так называлась военная авиация Германии). Выигрывая у откормленной элиты рейха, у холуев-судей, те динамовцы скорее всего понимали, что наградой за эту победу будет смерть в концлагере. Hо они играли на победу… Для киевских динамовцев этот матч стал последним в серии встреч, в которых оккупанты пытались продемонстрировать свое превосходство над «славянским быдлом».
«Представьте себе ситуацию,- вспоминал участник тех событий Гончаренко. - На фронте у немцев успехи. Они были недавно под Москвой, стояли у Ленинграда и Сталинграда, а в Киеве их обыгрывают полуголодные местные футболисты. Мы выходили на поле всегда в красных футболках, которые с трудом сшили и бережно хранили. Стадион задолго до матча был заполнен фашистами, окружен вооруженными гитлеровцами. Нас даже в раздевалку не пустили, как и в душевую. Переодевались на улице. Матч судили немцы. Чуть что - свисток, штраф, а то и с поля могли выгнать. Били «летчики» нас нещадно. Мы сознавали, что, выходя на поле, во многом рисковали, все могло окончиться печально... Футбол - тоже политика».
В своей последней, роковой игре с натренированными "летчиками" динамовцы остались верными самим себе, любящими Родину и ненавидящими фашизм. Голодные, истощенные, избитые, на поле они завершили труднейший матч со счетом 5:3 в свою пользу. После игры  наши футболисты оказались в Сырецком концентрационном лагере.
В столице Украины на стадионе «Динамо» стоит памятник, олицетворяющий несгибаемое мужество, героизм наших спортсменов. В 1965 г. Президиум Верховного Совета СССР наградил оставшихся в живых участников «матча смерти» правительственными наградами. Ушли из жизни все участники того матча. А ныне живущим, как в России, так и на Украине, следует, гордясь подвигами и успехами футболистов старшего поколения, добиваться успехов на футбольных полях и помнить слова вратаря Николая Трусевича, брошенные в последнюю минуту в лицо палачам: «Мы все же победим!»

В действительности же, матчей было несколько.

12 июня 1942 года в газете "Нове українське слово" появилось объявление: "Открытие украинского стадиона. Сегодня в 16.00 откроется стадион - Большая Васильковская (сегодня Красноармейская. ), вход с улицы Прозоровской. Программа открытия такая: гимнастика, бокс, легкая атлетика и самый интересный номер программы - футбольный матч. Начало в 17.30".
На этом открытии украинская команда впервые сыграла с командой немецкой армии - по сути, командой какой-то воинской части. В этом матче "Старт" победил немецких футболистов с большим счетом. На следующий раз немцы, стремясь избежать нового поражения, выставили против "Старта" команду, которая называлась "PZS" и включала лучших спортсменов танковой дивизии оккупантов. Матч произошел 17 июля 1942 года. Но и эта команда была разгромлена со счетом 6:0.
Собрал всех, кого смог, знаменитый ещё до войны вратарь Киевского "Динамо" Николай Трусевич. Прославленный вратарь имел цивильную специальность кондитера - еще живя в Одессе, ее получил. Но, попав в оккупацию, он сначала самодельные зажигалки на  продавал, потом устроился разнорабочим на хлебозавод. Там директором немцы поставили чеха, который жил в Киеве до войны. Пан Кордик любил футбол, ходил на матчи, знал всех столичных мастеров и относился к ним лояльно... Трусевич ребятам и говорит: "Что вы будете по всяким шарашкам скитаться? Давайте держаться вместе".
Это и позволило некоторым современным летописцам обвинить футболистов даже в  сотрудничестве с немцами.
Но, что они понимают? Немцы для женщин и детей ввели карточки - давали 200 граммов хлеба в неделю. А насчет мужского населения специальный приказ издали, что все должны работать. Те, кто не подчинился, были обречены даже не на голодную смерть, а на расстрел...

 

Немцы тогда еще не были обозлены неудачами на фронте, они верили, что скоро войне конец, и решили наладить в Киеве культурную жизнь: открыли оперный театр, кинотеатры, ну и футбольные матчи стали проводить. Свои команды выставили румынский, венгерский гарнизоны, немецкие железнодорожники... Вот и директор хлебозавода решил отличиться, показать, что у него есть личная команда. Так возникла эта команда.

 Когда они стали выигрывать, да еще с огромной разницей забитых и пропущенных мячей, разговоры о непобедимой команде мастеров дошли до немецкого командования. Оно потребовало, чтобы "Старт" встретился с их элитной "Флакелф" (в переводе - зенитки), куда входили летчики и зенитчики. Трусевич, который любил футбол больше всего на свете, убедил всех, что будет неплохо, если мы немцев опозорим перед всем миром". Первая встреча закончилась со счетом 5:1 в нашу пользу.

Почему матч-реванш вошел в историю? Потому что для него немецкие руководители привлекли футболистов-профессионалов, служивших в привилегированных частях Вермахта. Впрочем, похоже, немцы рассчитывали не только на усиленный состав своей команды, но и на то, что наши игроки не успеют восстановиться. Все-таки кормежка у них была скудной, без шоколада и апельсинов. Но  настрой и класс у наших был другой - он-то и решил исход легендарного поединка.

Тогда пронесло. Последний матч команда хлебозавода сыграла с "Рухом", командой полицаев, 16 августа. Накостыляли полицаям от души - 8:0. А через два дня многие из них не пришли домой с работы.  К хлебозаводу подъехал днем "воронок" (машина для перевозки арестованных), остановился вплотную к амбару, где они мешки таскали. Вызывали по списку: "Трусевич?" - в машину, "Клименко?" - в машину, "Путистин?" - в машину... Привезли в гестапо, рассовали по разным камерам.
Писали, что на них донес обиженный тренер "Руха" Шевцов. Вполне мог из зависти. "С кем вы играете? - сказал он немцам. - "Динамо" - это же структура НКВД, они оставлены для подпольной работы". Фашисты посмотрели довоенные афиши - тогда там состав команд указывали - и арестовали динамовцев.

Защитника Николая Коротких арестовали позже всех - 6 сентября, а замордовали первым. Его жена рассказывала, что, когда ее вызвали в гестапо на очную ставку, Николая привели всего окровавленного. Он, единственный из футболистов, был членом партии, а немцы коммунистов сразу ставили к стенке. К тому же у него нашли фотографию в форме НКВД, с лычками. Он погиб тут же, в гестапо.
А большинство из них были отправлены в концлагерь и расстреляны уже там.